Участникам экспедиции «Огненный пояс Земли» не удалось подняться на Мак-Кинли

Участникам российской экспедиции «Огненный пояс Земли»  приходится вносить изменения в намеченные ранее маршруты. Так, из программы исключается восхождение на самую высокую гору Северной Америки — Мак-Кинли. Доступ к горе (с выдачей специального разрешения) руководство национального парка «Denali Park» обещает открыть не раньше первой декады апреля.
«Обидно, но мы вряд ли сможем так долго ждать», — с сожалением говорит наш земляк Камиль Зиганшин, известный уфимский писатель и путешественник, который вошел в состав экспедиции. В своем электронном письме от 11 марта он поделился, с какими сложностями команда достигла самой западной точки материка — мыса Принца Уэльского.
«Переход дался с большим напряжением сил. Особенно тяжело пришлось на участке от Нома (в прошлом посёлок золотоискателей) до мыса. Здесь к морозам прибавились постоянные ветра. А поскольку снегоходы неслись со скоростью километров пятьдесят в час, а на спусках с гор и того больше, нас продувало нещадно, невзирая на фирменные пуховики и балаклавы. Но ребята всё выдержали, держались молодцом. С мыса, благодаря прозрачному воздуху над Беринговым проливом, на горизонте в голубой дымке угадывался контур острова Диомид. Видеть этот краешек Российской земли с территории США было особенно волнительно. Теперь начинаешь лучше понимать чувства наших соотечественников, живущих за рубежом. Любовь к Родине, видимо, у человека в крови», — пишет Камиль Зиганшин.
После того, как команда российских путешественников во главе с руководителем Константином Мержоевым сфотографировалась на мысе Принца Уэльского и закрепила там флаги, было принято решение возвращаться в Анкоридж. По словам Камиля Фарухшиновича, ребята занялись ремонтом (или техосмотром) купленного здесь автомобиля. «На нём нам предстоит ехать по горам и тайге Канады, каньонам и пустыням нижних штатов с восхождением по пути на вулканы, до границы с Мексикой. Там мы надолго (до Огненной Земли) пересядем на велосипеды», — сообщает о ближайших планах Камиль Зиганшин. Не позднее сегодняшнего дня команда собирается продолжить путешествие. При этом наш земляк поясняет, что разница во времени с Уфой составляет 14 часов.
По всей видимости, со снегоходами придется надолго распрощаться. О том, каково ехать в прицепленных к ним санях, писатель рассказал на блоге, размещенном на сайте Русского географического общества, выступившего спонсором проекта.
Вот, например, отрывок из путевых записок: «В санях трясло так, что, казалось, позвоночник вот-вот рассыплется на части, а голова потеряет связь с телом. Особенно доставалось нам, когда дорога пересекала ступенчатую гряду или глубокую ложбину. На марях, поросших чахлыми ёлками, тряска ослабевала, зато увеличивалась скорость, и обжигающий ветер пронизывал  насквозь. При этом из-под гусениц снега летело столько, что через час из саней торчала только запорошенная, болтающаяся как маятник, голова».
А вот характеристика и коллег, и импортных снегоходов:
«Едущий впереди Костя (Мержоев — авт.) хоть и старается на ухабах сбавлять скорость, постоянно гонит на пределе, умудряясь при этом не переходить границу, за которой могут последовать переворот и иные неприятности. После обеда от снегохода Ильи Семёнова повалил пар — тосол закипел. Сняв крышку, увидели, что пружину термостата перекосило. Пока ремонтировались, мимо проехали два американца. Возле нас каждый притормаживал и интересовался: «Help you?» (Помочь вам?) Традиционная для севера взаимовыручка! Здесь без этого не выжить».
Ну и как бывшему охотнику обойтись без наблюдений за обстановкой и поведением животных: «Снег довольно глубокий (до метра в лесу), но по местным понятиям его в этом году маловато. Бывает, что наваливает до полутора метров. Снежный покров за две недели ясной, без малейших осадков погоды, густо испещрён следами диких животных (лосей, оленей, рысей, лис) и продырявлен лунками ночевавших под снегом куропаток. Больше всех наследили, конечно, неугомонные зайцы. Под поваленными ветром стволами осин снег истоптан сплошь. Здесь их столовые — кормятся горьковатой, сочной корой. Видел даже строчку следов соболя. А я-то был уверен, что он только в России водится».
Интересны и сведения о выходцах из России. Как сообщает Камиль Зиганшин, в Анкоридже сейчас проживает 10 тысяч наших бывших соотечественников. «Практически все полицейские знают русский. Вообще интерес к России на Аляске большой. В двух школах даже изучают русский язык. Много на Аляске староверов, часть из них живёт здесь со времён царствования Екатерины Великой. Особенно много их на островах. Они промышляют рыбу сетями на катерах, а зимой перемётами подо льдом. Мужчины все крупного телосложения, с бородами (Христос же с бородой), рубахами с косым воротом, на выпуск и непременными поясками. Они не пьют, не курят, брагу из берёзового сока позволяют себе только по большим праздникам. В пищу употребляют только натуральное. Женщины — в сарафанах, замужние — в платках, а девицы с косами. Всю одежду шьют сами. У них свои школы, где изучают и старославянский. Приверженцев старого обряда уважают за трудолюбие и честность. Но сами они чужаков, то есть не старой веры, в свои селения не допускают. В общем, как говорят тут: «Аляска — не Америка», — заключает Камиль Фарухшинович.
Все эти наблюдения для писателя Зиганшина очень важны. В прошлом году в Уфе был издан его роман о староверах «Золото Алдана» (в двух частях), за который он получил уже две награды. И вот снова встречи с приверженцами старой веры.
Добавим, в ходе своей уникальной 900-дневной научно-спортивной экспедиции наши путешественники получат столько впечатлений и материалов, что, пожалуй, хватит не на один роман, а также на десяток диссертаций.

Комментарии закрыты.